Знаменитый американский фотограф Питер Худжар (Peter Hujar) - ученик самого Ричарда Аведона родился в Трентоне (Нью-Джерси). Всю свою недолгую жизнь он специализировался на съемках животных и ню, причем, если можно так выразиться, "портретного ню", когда эротический мотив тесно связан с индивидуальностью изображаемого.

В том-то и дело, что это - лишь мотив, его снимки трудно назвать эротикой в полном смысле слова, это скорее восхищение фактурой совершенно любого обнаженного человеческого тела, игра света и тени на нем, и сочетание этого с чертами и выражением лица.

Он делал и нечто вроде репортажной съемки - фотографировал уличный сцены, снимал детей с отклонениями в развитии. Создал серию, посвященную сексуальным меньшинствам.

Он не очень любил моделей с идеальными формами, его интересовали так называемые "патологии", и некоторые его снимки можно назвать даже жуткими, но вряд ли Худжар относился ко всему, как к дефектам. Его скорее интересовала гипнотическая сила того, что выходит за рамки общепринятой нормы, сила равная силе идеально прекрасного, и в принципе ей не противоречащая: сила потустороннего, сила смерти.

Один из излюбленных сюжетов Худжара - обнаженные мужчины, сидящие на стуле на фоне белой стены. Проще не придумаешь, при этом каждый портрет и автопортрет индивидуален. Опять же, физические формы моделей часто далеки от того, что считается красивым, зачастую они совершают прямые или иносказательные действия не самого приятного плана: фотограф Мэплторп онанирует, Дэниэл Шок сосет палец большой ноги, но все это так точно композиционно выверено и наделено каким-то волшебным возрожденческим цветом, что сразу воспринимается, как неоспоримое произведение искусства.

Недаром о его снимке 1974 года друга Уорхола знаменитого трансвестита "Кэнди Дарлинг на смертном ложе" американский критик и искусствовед Артур Данто сказал: "Я считаю эту фотографию шедевром, одной из величайших фотографий столетия". Худжар снимал и самого отца поп-арта, и множество других знаменитостей, например, писательницу и журналиста Сьюзен Зонтаг (Susan Sontag), которая написала в предисловии к его альбому: "Фотография... она преобразует весь мир на кладбище... Питер Худжар знает, что портреты живых всегда одновременно и портреты мертвых".

Снимки Худжера тяжеловесные, и их не так и много - видно, что каждый кадр тщательно продуман и отобран. Если сравнивать его студийные постановочные фото с уличными, заметно, что он отбирал лишь те случайные кадры, которые отвечали его искусственной стилистике. Правда, сам он говорил о своих работах: "Обычно у меня нет заготовленного наперед плана, кроме одного: дать ситуации или объекту раскрыться самим. Что получится на фотографии, зависит от того, что будет происходить в действительности".

Последние годы жизни спутником Худжера был также достаточно известный фотограф и художник Дэвид Войнарович (David Wojnarowicz). Они оба являются представителями гей-культуры, совершенно противоположной гламурной китчевой патоке, это достаточно декадансная волна, одна из первых, столкнувшаяся со СПИДом, и потому пропитанная мрачным духом приближения смерти. Она более мужественная и жестоко отчаянная. Не удивительно, что одним из их героев явился юный Рембо и совершивший добровольное сеппуку (ритуальное самоубийство, прим. Gay.Ru) японский писатель Юкио Мисима: именно с ним и Святым Себастьяном (традиционный гомоэротический образ) Войнарович комбинирует изображение своего друга на картине "Сны Питера Худжера/Юкио Мисима: Святой Себастьян".

В 1987 году Питер Худжер умирает от заболевания, вызванного СПИДом, Дэвид Войнарович делает его трагедийный предсмертный портрет на больничной койке, отлично зная, что через несколько лет его ждет та же участь.