Сегодня мы много говорим о загадочном прошлом видных исторических деятелей. Давно слышали и о Гоголе, и о Чайковском, и о прочих классиках русской культуры. Но увы, не все знают в России о том литературном наследии, что дали нам украинские писательницы Леся Украинка и Ольга Кобылянская.

Имя Леси Украинки знает на Украине каждый школьник. И немудрено - ее достойно называют великой поэтессой, ибо вклад, внесенный ею в развитие украинской литературы, фактически неоценим. Совершенно новые, незнанные ранее стихи, пьесы, сказки пронзают до глубины души многих и многих. Практически в каждом украинском городе стоит памятник Лесе.
 
Меньше известно об Ольге Кобылянской, ведь ее довольно сложные для восприятия романы и новеллы включены лишь в программу старших классов и филологических вузов, а читать классическую литературу без причины в наше завоеванное телевизионно-компьютерной цивилизацией будет далеко не каждый. Но эта непопулярность не умаляет значимости Кобылянской как для украинской, так и для мировой литературы.

Что же связывает этих двух украинских литераторов, помимо деятельности, пола и приблизительно одинакового возраста? Но об этом потом, сейчас углубимся-ка в их творческие и жизненные биографии.

Леся Украинка (Лариса Петровна Косач-Драгоманова) родилась 25 февраля 1871 года в городе Новоград-Волынском в семье работников искусства. Мать ее была известной детской писательницей Аленой Пчелкой (оригинальное звучание псевдонима - Олена Пчілка, а настоящее имя писательницы - Ольга Косач), отец прямого отношения к искусству не имел, но будучи невероятно высокообразованным помещиком, литературой и живописью увлекался безумно. Лариса, по-домашнему Леся, была племянницей известного ученого Михаила Драгоманова, хорошего друга Гюго, Тургенева и множества других писателей (именем Лесиного дяди назван Киевский Педагогический Университет), а также близкой родственницей знаменитого украинского композитора Николая Лысенко. Естественно, в такой семье росла творческая личность, всячески развивающая свои таланты.

Мечту стать композитором убила болезнь. Туберкулез костей обязал будущую писательницу в тринадцатилетнем возрасте окончательно определиться со стезей (писать боль в руках еще позволяла, но играть на фортепиано - никак нет), а также провести большую часть последующей жизни за границей, в благоприятном южном климате. А до того, дома, в волынском имении, между мучительными процедурами и тяжелейшими операциями, девушка к двадцати годам выучила множество языков, написала учебник по древней истории (в подарок любимым младшим сестрам), выпустила первый сборник стихов "На крыльях песни". Окружающие называли ее "для своего возраста - гениальной".

Творчество поэтессы в основном формировала революционная деятельность большинства ее родственников и друзей. Тяга к свободе от царской власти, к новой жизни острой стрелой пронзает практически все ее произведения - неспроста был взят псевдоним Украинка, символизирующий принадлежность не к империи, а к народу, которому принадлежит душа. А одним из тех революционно настроенных друзей, пронзившим острой стрелой уже сердце девушки, был Сергей Мержинский, умерший в 1901 году от туберкулеза легких на руках любившей его Ларисы. С огромным трудом пережив трагедию, едва не покончив с собой, Леся Украинка в возрасте тридцати шести лет вышла замуж за фольклороведа Климентия Квитку. Мать, Ольга, категорически протестовала - ведь Климентий, в отличии от своей невесты, был беден, и будущая теща не верила в искренность его чувств, да и чувств дочери, ведь в юности Леся невольно бросила "Когда я выйду замуж, мой муж будет секретарствовать у меня", что говорит само за себя. Однако своевольная молодая женщина все же обзавелась личным секретарем.

А теперь оставим Ларису и коснемся ее будущей подруги - Ольги Кобылянской, родившейся 27 ноября 1863 года. Если Леся Украинка появилась на свет на территории Российской империи, то Ольга - уроженица другой державы, Австро-Венгерской. В Кобылянской причудливо смешалась украинская, немецкая, польская кровь, что и не давало ей определиться с собственным будущим. То юная пансионерка выводила пером на бумаге рассказы на немецком языке, то взрослая, образованная девушка клялась "Только украинский!". Она, как говорится, сделала себя сама - сама изучала украинскую культуру, знаний по которой никто не мог дать, сама начала писать, сама пристрастилась к феминистскому движению. Первые книги Ольги посвящены исключительно горькой доле выданных замуж юных девушек либо счастливой - тех, что пошли против воли родителей и общества. Последующие говорят о сильных и независимых женщинах, не стесняющихся своих чувств и инстинктах (чего стоит первая в истории украинской литературы эротическая новелла "Природа", совершенно пристойная по нынешним временам, но неприемлемая тогда). Кобылянской отказывают в печати, мужчины считают ее сумасшедшей, женщины - выскочкой.

Одинокая, в отчаянии она пишет в своем дневнике "Почему для всех я просто товарищ? Неужели нет на свете ни одного человека, с которым я могла бы жить, хотя бы женщины?" Нет, мужчины ей не нужны. Впрочем, это не помешало писательнице связать свою жизнь с писателем Иосифом Маковеем (правда, отнюдь не в возрасте "на выданье"). Однако ее литературный талант, что значительно затмевал способности любимого, ее своевольный характер, в конце концов, то, о чем мы пока стараемся молчать, а вы, несомненно, уже догадываетесь, естественным образом привел отношения к разрыву после нескольких совместных лет.

А теперь подходим и к самому главному. Как и многие видные деятели украинской литературы, Леся Украинка заметила молодую оригинальную писательницу Ольгу Кобылянскую. Будучи младше, Леся была куда известнее - это совершенно не помешало нежной дружбе писательниц. Их объединяли сходные идеи о вольной Украине, о человеческой свободе в целом. Кобылянская не скрывала своего феминизма - Украинку называли не только феминистической писательницей; Иван Франко сказал о ней "эта больная, слабосильная девушка - едва ли не единственный мужчина во всей современной Украине"…
 
Женщины познакомились в 1898 году, когда у каждой был свой роман. Но Маковей исчез из сердца Ольги, Мержинский - из жизни Леси. И вот Украинка просит у своей подруги по переписке разрешения приехать на Буковину, родину Кобылянской - приехать за помощью и утешением. "Мне хочется Ваших тихих речей, Ваших теплых взглядов Вашей еще не слышимой мною музыки, меня манят Ваши нежные, но уже милые горы и вся Ваша страна, что давно мечтою моею стала. Напишите же мне дорогая подруга, смогу ли я к Вам приехать к Вам... Целую и жму руку. Л.К.". И вот, в распоряжении молодых женщин целый месяц в домике родителей Ольги. После отъезда Ларисы стиль их переписки существенно меняется… "Я", "Вы", "Подруга" исчезли из обихода. Теперь все письма пишутся в третьем лице, в мужском роде, и зовут отправители друг друга "кто-то беленький" и "кто-то черненький". "Милая пани Ольга" и "Милый, далекий цветок Лотоса" превращаются в "Моему любимому черненькому кому-то", "Моему родному и любимому", "Моему цветку папоротника" (до того Леся называла цветком лишь Сергея Мержинского).

А цитаты из писем! "Кто-то кого-то любит, и никогда ни на кого не гневается и не будет гневаться... кого-то целует и гладит, и так, и так... и еще так"; "Если бы рядом был кто-то и еще кто-то, они бы пошли на Черемош и целую темную ночь слушали, как вода шумит, и смотрели бы, как луна пробивается через темные облака, и вспомнили бы молча, не говоря ни слова, все наихудшее и наилучшее из своей жизни; взгляды и руки встречались бы в темноте, и было бы тихо-тихо, несмотря на то, что река шумит. И тогда кто-то вернулся бы домой менее грустный. Слышит ли кто-то, как кто-то его любит?"…
 
Соломия Павличко, автор многочисленных исследований жизни Леси Украинки, говорит: "Их отношения можно назвать скорее мечтою о любви, которая не реализовалась в их жизни в полной мере, лесбийской фантазией, основание для которой дают и дневники Кобылянской, и ее предыдущие произведения". Да, Украинка и Кобылянская были вместе лишь месяц своей жизни, но это не помешало их единению… Четырнадцать лет продолжалась их переписка.

Леся Украинка умерла от туберкулеза в 1913 году, на 29 лет раньше своей любимой подруги. Предсмертное письмо ее к Ольге содержало в себе следующие фразы: "Кто-то да еще кто-то die gehoren zusammen (принадлежат друг другу - нем.). Кто-то кого-то любит".

Да, кто-то кого-то любит. И, будучи этими "кем-то" мы можем двигаться вперед. Жить и любить своих любимых сложившейся любовью. И да будет любовь наша такой же прекрасной, как стихи Леси Украинки, как романы Ольги Кобылянской - наполненной искренностью, нежностью и дивным смыслом…