Берлинский поп-дуэт Rosenstolz, состоящий из открытого гея и его подруги, вернулся на музыкальный Олимп. Новый альбом под названием "Мы все еще живы" сразу попал на первую строчку хит-парада. Неспроста он так называется, группа возвращается после почти трехлетнего перерыва.

В 2009 концертное турне Rosenstolz было прервано в Гамбурге. Отменить пришлось и последние два концерта. Петер Плате (Peter Plate) - мужская половина дуэта - оказался в состоянии морально-психологического и физического истощения. Он не мог подняться на сцену. В прессе заговорили о синдроме эмоционального выгорания (burnout syndrome). На два года Плате исчез.

Летом 2011 года фотографии Анны Р. - женской половины дуэта - появились в бульварной прессе. Певица сидела в кафе со стаканом пива. Ее лицо было опухшим и носило следы депрессии. Бульварные газеты стали охотно обгладывать тему бесславного заката поп-звезд. Впрочем, некоторые говорили, что попавшие в прессу фотографии - всего лишь часть маркетинговой кампании. Якобы у публики должно было возникнуть впечатление глубокого падения. А за падением должен был последовать резкий взлет. Он и в самом деле состоялся, дуэт выжил и воспрянул всем бедам назло. И начал, разумеется, все с начала.

Петер и Анна опасались повторения истории трехлетней давности. "Увлечение музыкой может оказаться смертельным", - призналась Анна. В этом пара убедилась на собственном опыте. При записи нового альбома коллектив проявлял осторожность. Песни появлялись от случая к случаю. Петер записывал собственный материал, имея в виду что-то вроде мини-мюзикла.

Потом он сказал Анне, что у него не очень получается самому вытягивать все пассажи, и не согласилась бы она присоединиться к нему. Она согласилась. К десятой записанной песне стало ясно, что получается новый альбом Rosenstolz. Сначала альбом был завершен, и лишь потом было принято решение о моменте его опубликования.

Гламурный поп

Группа возникла в 1990 году. Настоящее имя Анны Р. - Андреа Натали (Andrea Natalie Neuenhofen), ее псевдоним официально пишется как AnNa R., но немецкие журналисты зовут певицу просто Анной. У нее сильный голос, однако музыкального образования нет, в музыкальную школу ей поступить не удалось. Карьера дуэта начиналась весьма непросто, на одном из концертов его просто освистали. Rosenstolz выступали в гей-клубах, Петер Плате - открытый гомосексуал. Первые четыре альбома коллектива были провальными. Популярность Rosenstolz медленно росла, в 1997 году они дали концерт в Новосибирске, в 2000-м попали на верхнюю строчку немецкого хит-парада.

В 2007-м вышел их благотворительный сингл "Aus Liebe wollt ich alles wissen", все доходы от которого были пожертвованы в фонд борьбы со СПИДом. Все средства, собранные в ходе благотворительного концерта 18 июня 2007 года в берлинском Columbiahalle, также были пожертвованы группой; в конце концерта в присутствии Клауса Воверайта чек на сумму 100 тыс. евро был передан немецкой службе помощи больным СПИДом.

Rosenstolz делают, безусловно, гламурный поп. В песнях идет речь о чувствах: "Я хочу чувствовать твое сердцебиение". Музыка синтезаторно бухает, припев мыслится как особенно зажигательная и прилипчивая часть песни. Однако если сравнить продукцию Rosenstolz с изделиями, скажем, Дитера Болена, то гламур Rosenstolz покажется самодельным, у дуэта нет высокомерной напыщенности, голос Анны часто звучит меланхолично, что создает контраст к бравурному электронному сопровождению.

И, конечно, пластмассовый большой поп не может себе позволить песен с названиями типа "Шлюхи устали" (Die Schlampen sind mude). Для Rosenstolz же такого рода нагловатые песни всегда были важной составляющей их концертной программы. Собственно, успех этой группы и заключается в комбинации пафосной эмоциональности с посланием всех и вся к чертям собачьим. В Rosenstolz чувствуется далекое эхо берлинского кабаре начала 20-го века. Источником своего вдохновения дуэт как-то назвал Нину Хаген.

Пять минут

Поклонники ждали, разумеется, альбома-вспышки, альбома-взрыва, но таковым "Мы все еще живы" (Wir sind am Leben) не является. Все 11 песен бойко спродюсированы и с первого же раза усвояемы, но очевидных хитов, не желающих отлипать от твоих ушей, среди них нет.

"Я хотел вернуться к своим корням, - рассказывает Петер. - Когда мне было 13-14 лет, я непрерывно сочинял песни, записывал их на четырехдорожечный магнитофон, копировал кассеты и дарил их друзьям. И совсем не думал о том, чем именно занимаюсь, никакой цели у меня не было. Потом у меня появилась мечта - зарабатывать на жизнь песнями, то есть не ходить на настоящую работу. Но проходят годы, и ты понимаешь: черт, ты влип, у тебя самая настоящая работа, ты впрягся и тянешь лямку. Сочинение песен само по себе - прекрасное занятие, но у меня были фазы, длившиеся четыре года или пять лет, когда моя жизнь была ужасно распланирована: понедельник, вторник, среда - сочинение песен, четверг, пятница - интервью и так далее. Так не может продолжаться вечно, песни нужно писать, когда у тебя есть к этому настроение".

Песня "Мы все еще живы" из нового альбома длится пять минут. Петер возмущается тем, что это обстоятельство кого-то удивляет. В сегодняшней поп-музыке нет длинных вступлений, песня должна срывать сразу с места в карьер, нет гитарных соло в середине. Почему? Радиоведущие не одобряют все, что длиннее трех минут. Сердцу Петера милее эпоха 70-х и 80-х, когда и поп-музыка была лучше, и песни длиннее: песни ABBA были длиннее пяти минут, и все равно их гоняли по радио до посинения.

Rosenstolz "Blaue Flecken"