Итак, день начался.

Собственно говоря, день, предшествующий ему, и не кончался. В общем, после бессонной ночи в Интернете, в конец обалдев, я решила всё же лечь спать, но, увидев на удивление хороший день за окном, резко передумала. После недолгих размышлений над дальнейшими судьбами, я ломанулась на кухню. Проходя мимо порога, машинально шмурыгнула по давно сломанному выключателю, и уже через несколько минут, вооружившись веником, сгребала осколки взорвавшейся (непонятно почему) ко всем фигам лампочки.

Ласково мурлыча, подошла моя мелкопакостная кошка, уделавшая мне всю комнату, и, всё также мурлыча, начала путаться под ногами. Только я успела подумать, что здесь что-то не так, как кошка подтвердила все мои подозрения и начала нагло выпрашивать свою гадкую рыбу. Разделавшись с этим противным орущим существом, я всё же добралась до чайника. Фильтр ни фига не работал, пришлось лить воду прямо из под крана. Ладно, будем травиться.

Спать хотелось со страшной силой, хоть спички в глаза вставляй. А ничего не поделаешь, нужно было шнелить до ближайшего сканера: минут 30, не меньше, сканировать целую кипу фоток близлежащего Подмосковья. Денег не было ни фига, что, впрочем, не помешало мне в осуществлении сей великой цели - упёртость танка.

Далее последовал мой ежегодный праздник - генеральная уборка. Что я только не откопала во время этого знаменательного события! Никогда бы не подумала, что можно столько барахла запихнуть в одну комнату (не считая того непонятного стенного шкафа, называемого прихожей). Ну, да это всё не суть важно. Важно другое: вечером я должна была встретиться со своим сильнейшим увлечением, девушкой, очаровавшей меня до корней волос.

Брюнетка (правда химическая, бывает и такое, оказывается, химия нам не только блондинок подарила), с синими глазами (правда, синими были линзы, а глаза неизвестно какого цвета), с обалденным бюстом (силиконовым), 180 см ростом (на 15-ти сантиметровой платформе и в шляпе-цилиндре), расхаживающая в обалденно-красивой, сексуальной маечке (явно выуженной из зимбабвийского секонд хенда), потрясающей юбке (вообще непонятно, где выкопанной и явно далеко не первой свежести), с великолепными драгоценностями (общей стоимость рубля три-четыре), пахнущая роскошным парфюмом (но тройной одеколон по сравнению с ним казался Шанелью №5), она никогда не брала с собой сумочку (а так как карманов у неё не было, то и денег не было никогда). Как она звалась - убейте, не помню, но также непонятно, как и выглядела… Так, что натощак, пожалуй, и не выговоришь. В общем, прелестная девушка! А если не обращать внимания на её мелкие недостатки, то, в общем и целом, это странное, вечно растрёпанное существо напоминало Катьку, любовь всей жизни (чью фотографию я бережно хранила в ящике стола и никому не давала). Существо это знало и принимало, что вполне устраивало нас обеих.

Несколько слоёв косметики, шпильки, мини-юбка - и я готова к встрече. Во всяком случае выглядела я также причудливо, как и то существо, имя которого натощак и не произнесёшь.

Мы встретились, пошли на дискотеку, где оно, по его же словам, "отрывалось по полной программе". Выражалось это "отрывание" в судорожных подёргиваниях всеми конечностями, имеющимися в наличии, периодическими не то повизгивниями, не то попискиваниями, а также выпивании всего спиртного, которое попадалось под руку. После "отрыва" существо захотело пойти в парк, куда и было вскоре мною доставлено. Существо шумело, веселилось, потом грустило, липло ко мне и явно жаждало признаний в неких нежных чувствах, кои она и получила в награду за поднятие мне настроения. Я долго обнимала её, нежно шепча на ушко, какая она хорошая и как я её люблю. Существо же, удовлетворив желание признания, посмотрело на меня долго и проникновенно (ну, насколько позволял ей это сделать спирт, уже заменивший кровь) и изрекло томно-пошло-противным голосёнком:

-А ты знаешь, я не хочу быть просто похожей на твою любимую! Я хочу сама быть любимой! Я ведь тоже ин-ви-ди-ли-аль-ви-ли-ность!

-Кто, кто?

-Ин-ди-ли-аль-ность!

-А! Ню-ню!

После чего последовал мой бурный протест против того, чтобы считать её "ин-ви-ли-аль-но-сть-ю". Существо ненадолго озадачилось таким поворотом событий. А потом сказало:

-Тогда я ухожу от тебя!

Мне, собственно говоря, было на это глубоко плевать, но для формуляра я всё же ущипнула себя за то место, где спина теряет своё благородное название, и где тусуется куча нервных окончаний. Из глаз брызнули дежурные слёзы, уверенно смывая трёхслойный макияж. Она некоторое время смотрела на цветные ручейки на моём лице, а потом протянула мне непонятно откуда выуженный платок и, шмыгая носом, ушла. Я некоторое время (пока она не скрылась за поворотом), убедительно сопела носом и громко всхлипывала. А потом пошла домой, купив по пути "Вискас" мелкопакостной кошке и кофе с сигаретами себе.

Дома, несмотря на генуборку, свинюшник полнейший. Кошка опять воспользовалась уголком ковра в качестве туалета. Света на кухне не было… тьфу, блин, лампочку купить забыла!

Плюнув на весь этот бардак, я выудила из стола Катькину фотку. Пару раз всхлипнув в платок, я принялась за поиски маленькой чёрной записной книжечки, в которой были тщательно и подробно переписаны все Катькины двойники. Нашла, порылась в ней, набрала первый попавшийся номер:

-Алло! - раздался в трубке звонкий девичий голос.

-Валя?! Привет, лапуля! Встретимся завтра?

-Не могу!

-Но ты же самая любимая, хорошая, единственная! Кроме тебя ведь никто не нужен! Давай встретимся?

-Ну, хорошо! Давай!

Вычеркнув из записной книжки существо, которое провело со мной вечер, и поставив отметку "существо" около Валькиного телефона, я, наконец-то, сделала то, о чём мечтала весь день, с самого утра: легла спать.

С надеждой увидеть во сне свою Катьку…

Другие рассказы