"...Это значит, что у нас в стране всех ребятишек любят. Рожайте себе на здоровье - хоть черненьких, хоть беленьких, хоть красненьких, хоть голубеньких, хоть розовеньких в полосочку и сереньких в яблоках!"

Кинофильм "Цирк"

Знал ли герой фильма, утешающий Любовь Орлову в роли матери негритенка, насколько актуальной может стать эта, на первый взгляд, безобидная фраза лет через 30-40?

Конечно, не знал.

Вот нас и родили. Таких голубеньких, таких розовеньких. Таких любящих и любимых. Страдающих. Разбивающих сердца. Противостоящих всему нормальному из упрямства, даже когда и не особо надо. Сломленных и не ломающихся. Таких, какие мы есть.

Знаете, о чем я думаю? Банально благодарить наших мам за то, что они нас родили. Особенно 8-го марта. Их надо благодарить совсем за другое.

Им ведь так непросто с нами, нашим мамам. Они хотят внуков и все ждут, ждут, когда мы, наконец, повыходим замуж / женимся, а мы или скрываемся от них, или набираемся мужества все-таки признаться в том, что не будет у нас "нормальной" семьи, что мы не такие, какие должны бы были быть.

Как им трудно с нами, нашим мамам!

Как они хотят помочь нам, излечить нас от нашей любви к себе подобным и как, в конце концов, понятливы они, хотя и не одобряют, все ждут, ждут - внуков...

Давайте выпьем за наших мам.

Наших терпимых, тактичных, нежных мам, которым никогда не суждено стать тещами и свекровями.

За наших любимых мам! С 8-м марта!

Всякий взрослый человек может жить так, как он хочет. Но все декларации прав человека и манифесты бледнеют и теряют всякий смысл на частной территории Семьи. Семья - это особое государство со своими границами и законами. Диссидентство детей, начинающих сексуальную жизнь, в таком государстве явление обычное. Но конфликт "отцы и дети" усугубляется еще больше, когда ребенок проявляет инакомыслие в этой области. Если сын не хочет поддерживать семейные традиции и объявляет всем, что женится на девушке иного социального происхождения или образования - смириться с этим родителям нелегко, но проще, чем с тем, что их ребенок гомосексуал. Часто бывает так, что родители о неравных браках слышали что-то раньше, что нечто подобное было в роду или у знакомых. Но, как правило, первый гомосексуал, которого они видят в своей жизни - это их ребенок. Смириться с этим им бывает трудно. И когда вместо невестки сынок пытается привести в дом зятя, а дочка - невестку, они рискуют быть изгнанными из семейного государства и отлученными от родительского дома. Примеров такого развития событий более чем достаточно.

Московских гей-активистов (и не только их) переполошила мамаша 24-летней лесбиянки. Семейная жизнь дочери не соответствовала представлениям матери о семейном счастье. И та, взяв записную книжку дочери, без разбору обзвонила всех, устраивая при этом допрос с пристрастием. Говорит ли что-либо ее собеседнику имя дочери и имя ее подруги? Далее она сообщала посторонним людям подробности личной жизни своего ребенка, поливая грязью обеих молодых женщин. Какую цель преследовала мать, непонятно: то ли она хотела разоблачений некой особы, сбившей с истинного пути ее чадо, либо (это трудно ожидать от любящей матери) за отступление от семейных идеалов хотела испортить жизнь и карьеру дочери, потому что в блокноте, который попался родительнице в руки, были телефоны, связанные с работой. Посторонним людям взволнованная женщина повествовала о том, что ее любимая дочь, ранее не любившая готовить, стирать, убирать, теперь, живя с другой женщиной, это делает с удовольствием. Причину домашнего трудолюбия дочери мать видела в том, что ее девочку "закодировали, зазомбировали, заколдовали", и ей даже в голову не пришло, что дочь ее просто-напросто влюблена. Момент, когда надо было за дочь порадоваться, был упущен. Как сложатся дальнейшие отношения мамы и дочери гадать не приходится.

"Все счастливые семьи похожи друг на друга", сказал классик так давно, что афоризм его успел устареть. Недалеко от станции метро Измайловская в двухкомнатной хрущевской квартире живет семья, непохожая ни на одну другую. Под одной крышей живут - 25-летний художник Слава, его друг Леша и мама Валентина Андреевна. Правда, мамой она приходится жене Славы - Алене, которая живет то дома, то у подруги.

Мирное сосуществование разных поколений - явление уникальное. Особенное, если "зеленое" поколение оказывается голубым или розовым. Валентина Андреевна про своих детей - родных и" приемных" ( то есть тех, кто был введен в дом во время любовного романа), - все знает . О ее всепонимающем участии в судьбах детей ходят легенды, в которые большинство не верит. Например, кто находясь в здравом уме поверит, что мать помогает дочери перевозить вещи от бывшей подруги домой, боясь, что девочки на прощание начнут темпераментно выяснять отношения? Или в то, что мама всеми силами помогала отшивать назойливого кавалера, клеящегося к другу ее зятя?

В том, что эта большая семья может вместе собраться за праздничным столом, и им всем вместе хорошо, конечно, есть заслуга Валентины Михайловны, сумевшей понять и принять свою дочь, а затем и зятя такими, какие они есть.

Об этом интервью мы договаривались полгода. И наконец-то договорились. Я пришла прямо к столу, когда все были дома. Алена накрывала на стол, Леша - ей помогал, Слава, пришедший с работы, отсыпался. "Вот сейчас немного шампанского, а уж потом побеседуем. Мне надо чуть-чуть расслабиться - для меня этот разговор нелегкий", сказала она. "А ты, - обратилась она к дочери, - нас не слушай. Я при тебе говорить не хочу." Но в результате уговоров на кухне мы оказались втроем: я, Валентина Михайловна и Алена. Из комнаты доносилось пение Пугачевой, которую на всю громкость включил Леша, а Слава из маленькой комнаты кричал, что музыка ему мешает спать.

lenka: Валентина Михайловна, как вы считаете, тот состав в котором вы все живете сейчас - это семья?

В.М.: Да.

А: Мама, ты не поняла. Речь идет о том, является ли Слава с другом, я с Мариной и ты, то есть, мы все вместе, семьей.

В.М.: Сейчас нет, потому что ты живешь сейчас отдельно, а мы большую часть времени живем без тебя. Семья - это в первую очередь сплочение духовное.

lenka: На ваш взгляд такое духовное сплочение возможно при том образе жизни, который выбрали ваши дети?

В.М.: Когда партнеры моих детей меня устраивают, то и общение духовное возможно. А сейчас, что греха таить, мне Аленина подруга не нравится. Я бы не хотела видеть ее у нас дома.

lenka: Для вас было неожиданностью, что у вашей дочери иная личная жизнь, чем у большинства девочек?

В.М: Это была трагедия. Это были очень страшные дни с очень тяжелыми переживаниями.

А.: Мама! Что ты такое говоришь? Ты даже виду не показала!

В.М: А зачем показывать?

А: Ты так спокойно все восприняла. Сразу сказала: вот и хорошо. Детей не будет.

В.М: А что я должна была говорить? В душе было совсем иное. Я, по-моему, года два все переваривала, все в себе таила. А потом, в конце концов решила, что если я не хочу потерять дочь, то должна принять ее такой, какая она есть.

А: Мама, все, что ты говоришь, для меня полная неожиданность.

lenka: А когда вы узнали, что Алена предпочитает общение с девочками?

В.М: Это было очень давно, я и не помню, когда именно. Сразу после окончания школы. Раньше в пионерских лагерях все девчонки и девчонки вокруг нее. Мальчишек даже поблизости не было. Это было причиной для переживания. Но я ее обожаю все равно, мало ли что бывает?

А: У меня как-то само собой получилось, что все рассказала маме о себе. Всегда рассказывала. Мне надо было спросить совета, что-то узнать у мамы, так постепенно все и рассказала.

В.М.: Другая бы схватила ремень или за волосы, начала бы лупить. Но, так как она мне всегда все рассказывала, не могла же я в ответ на ее доверие начать ее бить.

lenka: А хотелось за волосы?

В.М.: Часто. Но только не за сексуальную ориентацию, а за ее упрямый характер.

lenka: А были ли у вашей дочери подруги, которые были вам симпатичны и с которыми бы вы хотели, чтобы была ваша дочь?

В.М.: Да, кончено. Была Оленька, чудесная девочка. Но, к сожалению, это уже в прошлом. Остальные девочки мне не нравятся, мне кажется, что они ниже Алены по развитию интеллектуальному.

lenka: На ваш взгляд хоть один Аленин союз можно было бы назвать семьей?

В.М.: Да, то что было с Галей.

А.: Да, это более-менее попадало под стандарт семьи.

В.М.: Да, но я не люблю, когда женщина, приобретая семью, вся с головой уходит в хозяйство. Опускается как-то.

А.: Да? А я что, опускалась?

В.М.: Знаешь, когда я тебя увидела с авоськой в руках, у меня сердце упало.

А.: Ну и что, что с авоськой! Я делала покупки, а Галя готовила, убирала.

В.М.: Домой продукты ты не таскала...

А.: Ну тогда чем тебе не нравится моя нынешняя семья? Я продукты не таскаю, не стираю, не готовлю...

В.М.: Да ради бога, занимайся хозяйством! Но не должно так получатся, что вот у меня семья и это главное, а все остальное побоку. Когда ты бросаешь учебу и работу, мне это не нравится.

А.: Мама, а может быть, это не от семьи, а от жизни?

В.М.: Нет, к сожалению, от семьи. Пару надо подбирать себе равную по развитию, это не дело, когда ты своей подруге читаешь вслух книжки, которые сама прочитала в десятилетнем возрасте.

lenka: Валентина Михайловна, когда вы думаете о будущем вашей дочери, каким вы его представляете?

В.М.: Прежде всего, мне бы хотелось, чтобы она крепко стояла на ногах в профессиональном плане. Раз уж так получилось, что она лесбиянка, надеяться ей не на кого, всего должна добиваться сама.

lenka: Почему?

В.М.: Понимаете, у натуралов для семьи есть сценарий. Муж зарабатывает деньги, обеспечивает семью. Жене его не обязательно работать. А если семью образовывают две женщины, то все социальные проблемы им придется решать самим.

В гости ходила

lenka

Мне уже 26, а я до сих пор не пойму, мужчина я или женщина. Иногда я бываю довольна своим физическим обликом. Меня устраивает, что женщина, когда моя партнерша отвечает мне взаимностью. Когда случается, что я влюбляюсь безнадежно, мне хочется стать мужчиной. Мне кажется, что меня отвергают именно из-за несоответствия моего внешнего вида и моего влечения. Год назад я рассталась с подругой, которая сказала на прощание, что, будь я мужчиной, она, может быть, осталась бы со мной. Подруга была натуралкой. Я почти полгода пребывала в отчаянии, а после сделала операцию по удалению груди. Стала принимать мужские гормоны. Но потом вновь встретила женщину, которая мне сказала: "Брось эти глупости! Не пей гормоны! Ты мне нравишься такой, какая ты есть. Я хочу, чтобы ты была женщиной". Я как плохой портной - шью и порю. Правда, все это - эксперимент над собственным телом. Моя мама за всеми этими моими страданиями долгое время наблюдала молча. Ни она, ни я до прошлого года, до операции, не имели желания обсуждать эту тему. Но мне надо было поплакаться, мне надо было кому-то рассказать все, что я чувствую. И я это сделала.

Лесбиянки и голубые мне часто завидуют: "Ты можешь поговорить со своей мамой откровенно. А мы все скрываем. Нас не поймут". Чтобы помочь всем, я сама решила поговорить с мамой о том, как она меня поняла и приняла такой, какая я есть.

Мама: Мне бы было спокойнее, конечно, чтобы ты родилась мальчиком. Это было бы естественнее...

Я: Что ты имеешь в виду? То как я живу - это по-твоему, не естественно?

Мама: Нет. Я этого не говорю. Я хотела сказать, что мне было бы спокойнее. А тебе - проще. Ты бы не мучилась над вопросом, почему тебя бросили: не потому ли, что ты женщина?

Я: Как ты считаешь, отношения между женщинами имеют такое же право на существование, как отношения между женщиной и мужчиной?

Мама: Я считаю, что это два человека, вступающие в связь, решают сами, правильно это или нет. Я знаю одно, что отношения между двумя женщинами эмоционально сложнее.

Я: Почему?

Мама: Женщины - такие сложные...

Я: Ты имеешь в виду тех, с кем была я?

Мама: В общем-то, нет. Но те, кто у тебя был раньше - не подарок. Особенно Света. Я не знаю, как ты, но я не могу ей простить того заявления, из-за которого ты сделала операцию.

Я: Кстати, именно после этого мне захотелось с тобой поговорить на эту тему. Как ты отнеслась к тому, что я лесбиянка?

Мама: Можно подумать, что до этого разговора я не догадывалась об этом. Я же видела, что ты не похожа на других девочек. Я даже могу сказать, во сколько лет ты впервые, а может не впервые, но очень сильно влюбилась. Лет в двенадцать.

Я: Может быть...

Мама: Я сейчас понимаю, что ты любила Катю ( прим.: Это моя школьная подруга. Я даже писала ей стихи на уроках). Я об этом догадалась, когда ты попросила сестру назвать Катей.

Я: Ну ты просто Шерлок Холмс!

Мама: А когда ты мне сказала об этом, я видела в каком ты состоянии. Ты была от горя просто невменяемая. Я за тебя боялась. Если бы я сказала, что это неправильно - любить женщин, что это плохо, ты бы могла покончить с собой. Я сама в твоем возрасте резала вены из-за несчастной любви. Мне ничего не оставалось, как сказать, что эта твоя Света - сволочь.

Я: Если бы ты знала, как ты мне помогла тогда!

Мама: Знаешь, ты своими вопросами мне надоела. Задавай последний.

Я: Тебе нравится сейчас моя девушка?

Мама: Главное, чтобы тебе нравилась. Когда она дома у нас - мне спокойнее.

Со своей мамой поговорила по душам

Галя Т.

Другие статьи о "плохих девчонках"