Из всех моих друзей Давлатбек выделялся каким-то особым изяществом, если только можно было применить к нему это слово . В отличие от своих довольно темных в этом деле сослуживцев, он все время искал в сексе что-нибудь новенькое.

Давлатбек был сыном председателя колхоза и полгода учился в сельхозтехникуме! Так что парень он по таджикским понятиям был очень даже развитый.

Но меня больше всего привлекали его физические данные. В отличие от своих собратьев, это был действительно красивый парень, с прекрасной мускулистой фигурой , сильными руками и оччень сильным членом. Он шел на секс как на праздник! Всегда чисто выбрит, вв-шная форма сидела на нем как влитая, весь лобок и мошонка чисто выбриты и , если бы он имел представление о парфюмерии, то наверно и душил бы все свое хозяйство. Хотя, на мой взгляд, надушенная мошонка совершенно не возбуждает! Я в этом убедился в парижских секс-клубах. Сунут тебе в нос - а там все подмазано, шампунем вымыто, специальными дезодорантами надушено. Вроде бы чисто, культурно,НО нет никакой изюминки! То ли дело Давлатбек! Сильный действительно мужской запах его яиц приводил в дикое возбуждение!! Но он "работал" не спеша. Сначала просил его медленно раздеть, но не до конца, а оставить на нем только кальсоны (или как там они у солдат называются) Я надеюсь, что читатель у нас "продвинутый" и знает, что в солдатских нижний штанах нет пуговиц, поэтому и ширинка представляет собой просто разрез, в котором помещается "орудие любви". Так вот Давлатбек, оставшись в одних этих штанах, просил сначала сделать ему "массяжь хуя" через материю. Я с удовольствием приникал губами к еще мягкому члену и чувствовал как он становиться все жестче и жестче! Восхитительно! Я вдыхаю настоящий чистый запах хуя! (Ярослав Могутин тысячу раз прав!!) Разве можно это сравнить в с рафинированными парижскими мальчиками!?

Его набухший член медленно вываливается из прорези штанов - я хочу тут же ухватить губами головку и втянуть в себя все это великолепие! Но нет! Продвинутый в сексе выпускник сельхозтехникума просит лишь легонько коснуться кончиком языка его возбужденной головки. Я, сгорая от нетерпения, очень нежно касаюсь набухшего шарика его члена. "В рот ны быры! Ны быры пака!",-тихо шепчет он и начинает тихонько водить своей фантастически напряженной головкой по моим губам, щекам, закрытым векам! Уффф! Какое наслаждение! Парижу учиться и учиться! Пока я в каком-то забвении чувствую прикосновения его члена, он неспеша расстегивает две верхние пуговицы на своих штанах - и они мягко спадают с него. Я сжимаю в ладонях его упругие мускулистые ягодицы и теперь он позволяет мне полностью взять в рот его член. Он мокрый от возбуждения и горячий. "Нэээт! Сыйчас кончю! Ны надо!"-быстро шепчет он , медленно поворачивается ко мне и раздвигает свои ягодицы: "Лыжы!" Я медленно погружаюсь во мрак этого отверстия... "Темно как у негра в жопе",- почему-то мелькает в голове, хотя понятно почему!. Давлатбек шипит и извивается от удовольствия! Вдруг он резко наклоняется вперед и засовывает свой член мне в рот . Так мы и замираем. "Ны двыгайся!",-приказным тоном кричит он. Наша с ним поза весьма экзотична: я на коленях, силясь захватить ртом как можно больше его плоти, просунувшись лицом между его ног. Он, согнувшись почти пополам, что позволяет ему его гибкое тело, стоит задом ко мне и рукой выворачивает свой член назад.

"Сасы смырно!"-раздается команда старшего сержанта. Не совсем понимая такой "оригинальный заход" я замираю, а он чуть-чуть сгибая колени, но стоя в той же позе, начинает все глубже вводить свой "кутток" мне в рот. Его член двигается по какой-то совершенно немыслимой траектории! Назад и сверху вниз! "Уууыыыыаххх!",-и он выливает все содержимое мне на грудь! Ну и где после этого Париж?

Но западная зараза проникает в строго закрытую в/ч! У нас в городе начинает работу первое кабельное ТВ! Бедные чурочки! Они впервые видят "это" не на картинках, а в движении! И хотя ,естественно, самое откровенное вырезается но и то, что остается вводит их в исступление!

Позже товарищ полковник лично посшибает со здания казармы все дециметровые антенны и громогласно объявит, что будет жестоко пресекать "все это блядство, а то Маньку скоро совсем заебут" (Манька - это батальонная корова. Бедное животное полностью испытало на себе все "прелести" сексуальной революции) НО семя того, что можно не просто так, не так как обычно, а с выдумкой, уже засело даже в самых темных бабайских головах! А восточный люд к этому ох как способен!

В один из последних "сеансов" показывали отрывки из "9 1/2 недель" и какой-то порнухи, где мужик брал торт, мазал кремом головку члена и давал слизывать партнерше. ВСЕ!!! Давлатбек загорелся! Он долго мычал, подбирал слова, показывал на пальцах КАК НАДО, КАК ОН ХОЧЕТ. Но нет, не хватает русских слов! "Руський плехааа..." . "Ну, ти тюююююпарилий! Тююююпарилий!!"- в отчаяньи восклицает он. Парень завелся, не может успокоиться...Мне пришлось идти в городскую телестудию и просить эти самые кассеты, чтобы так сказать "подковаться". Там мне с удовольствием (естественно за деньги) дали их напрокат. Посмотрел.

"Ню тыпер поняль? Знаишь что я хочишшь? С тортом, с крэмам, а?" Он по-моему впервые узнал про торт и крем. Так, ладно! Спокойно! Как теперь все это организовать?

То , что в то время продавалось в наших кондитерских, кондитерскими изделиями назвать было трудно, поэтому крем, оставшийся от торта, я свистнул у мамы (знала бы бедная "старший научный сотрудник" о его дальнейшем использовании!), а пирожные купил самые обыкновенные: прямоугольнички с блядскими сине-залеными маргариновыми розочками, наляпанными поверх бисквитного теста. И вот с этим "инструментом" в часть!

С Давлатбеком все уже условленно - он ждет у обычного места.

-Принесь?

-Принес!

-Скарей пашлы!!

И вот мы в нашей "комнате отдыха" в казарме. Мой друг выключает свет-полный мрак. "Так болшы сэкс"-поясняет он. "Массяжь!"-выстрелом звучит команда. Но что там массировать - его член уже давно наготове: "Вэсь дэнь стаит"-вздохнул он. Я и сам уже завожусь и быстро расстегиваю его галифе, ощупываю его торчащий член. Объект готов!

-Тэпэр крэм!

Я сам уже завелся! Дрожащими руками нащупываю баночку с кремом, вынимаю - и как презерватив насаживаю на его полено! "Даааа, крээээм! - заорал он,- "Тепер лыжы!" Сам в диком исступлении ,я начинаю слизывать с его члена крем. Какая мама молодец, что готовит такой вкусный крем!

-Ышо, ышо. Лыжы!-задыхается он.

Я совершенно добросовестно вылизал весь крем -Давлатбек дрожтит,- "Тэпэр торт!!"

Мои жалкие пирожные уже смялись в сумке, но я смело достаю их и как шашлык на шампур нанизываю их на хрен моего гвардейца. Я представляю эту картину со стороны...

-Тыпер ешшь!-окончательно звереет он.

То есть мне, бедному, необходимо поместить в свой рот не только его огромный член, но и насаженное на него пирожное с этими блядскими розочками! Делаю нечеловеческое усилие, раскрываю рот насколько могу и, давясь и кашляя, запихиваю в себя все это хозяйство. Я так долго не продержусь: задыхаюсь, из глаз текут слезы. "Да я сейчас просто задохнусь!" - мелькает в голове. А тут еще Давлатбек , рыча от удовольствия , вращает во мне своим аппаратом! Я понимаю , что выживу только в том случае, если как можно быстрее съем это проклятое пирожное с розочками. "Тут и концы можно отбросить"-проклинаю себя, что согласился на эти эксперименты.

Пытаюсь делать хоть какие-то жевательные движения и судорожно заглатываю куски пирожного и мерзких розочек. Слезы текут ручьями!!

-Дааа!!! Ещь мой хуй!!!,- заорал сын председателя колхоза -и выпустил в мой действительно бедный рот струю спермы. "Господи, что же там у мня во рту делается!"-с отчаяньем думаю я. Мощная таджикская струя любви вспенила бисквит и розочки - и вся эта масса ринулась ко мне в желудок!!!! Я еле стою на корячках, судорожно пытаюсь все это проглотить! Меня начинает тошнить, но я невероятными усилиями сдерживаюсь. Наконец вся эта масса у меня в желудке!

"Все,- думаю,- пиздец! Больше никаких экспериментов!"

Зато мой друг ликует!!

-Заебисси!!! Заебисси!!, - тяжлело дыша повторяет он.

Да, такой заебет до смерти! Бедные восточные женщины в гаремах!

Я еле выполз из казармы! И на ватных ногах скорей домой!