Когда кто-то норовит слишком высоко и неоправданно задрать нос, я на автопилоте комментирую: "Скажите пожалуйста! Это - королева Виктория?" Привычка! У каждого из нас найдется в лексиконе пара-тройка выражений "на те или иные случаи жизни". Позже обнаружилось, что незлым тихим словом Викторию периодически поминаю не только я. В связи с чем однажды мне стало интересно, почему именно эта легендарная правительница вошла не только в историю, но и в пословицы с поговорками.

Окончание. Начало >>

САПФИЧЕСКИЙ МОНМАРТР

Справедливости ради стоит отметить, что "Викторианская эпоха" - понятие гораздо более широкое: сегодня этот термин используется для характеристики того, что происходило не только на Британских островах, но и на континенте. Например, во Франции, в Париже - городе, имя которого всегда было окутано неким порочным флёром, чего бы это не касалось. Еще в 1836 году публицист Александр Парен-Дюшателе написал книгу под названием "Проституция в Париже", в которой среди прочего попытался определить причины и следствия возникновения лесбиянства. Хотя большим количеством свидетельств о таких женщинах автор не располагал: по его мнению, гомосексуальные акты практиковали исключительно проститутки в борделях, устраивая их на потеху клиентам-мужчинам. На самом же деле явление было распространено всегда и в любой среде, а во французской столице в этом отношении особенно славился богемный Монмартр, где любили селиться дамы с ярко выраженными сапфическими наклонностями. Лесбиянок легко было выделить из толпы, поскольку многие из них коротко стриглись и одевались в мужскую одежду. Для того, чтобы одеваться как мужчина, им приходилось... получать специальное разрешение от полиции. Звучит невероятно, но факт остается фактом: "лицензия на трансвестизм" в те времена была необходима. К 1880-м годам лесбиянки из высшего сословия часто появлялись в обществе - на различных балах и концертах - вместе со своими партнершами, и постепенно к этому привыкли, более того: стали смотреть на происходящее сквозь пальцы, поскольку приняли подобное явление как некий "внеклассовый стиль поведения", свойственный женщинам из любых сословий.

ЛЕСБИЯНКИ - ТРЕТИЙ ПОЛ?

Первым серьезным трудом, претендующим на научность и посвященном вопросам исследования лесбийской любви, стала работа "Сексуальные инверсии", написанная Джульеном Шевалье, который полагал, что тяга женщин к представительницам своего пола обусловлена генетической дисфункцией. Он считал, что геи и лесбиянки являются гермафродитами, и называл их "третьим полом". По мнению Шевалье, на возникновение лесбийских наклонностей могла повлиять и атмосфера, в которой женщина воспитывалась. С этим он тесно связывал эмансипацию - ведь в тот период роль женщины в семье и социальной жизни заметно возросла, женщины постепенно добивались тех же прав, что и мужчины, принимали участие в спортивных состязаниях и говорили о равенстве. В 1989 году состоялся первый Международный Конгресс по вопросам прав женщин и женских организаций, в связи с чем противники того, что позже назовут феминизмом, всплескивали руками и говорили, что женщины постепенно превращаются в мужчин. А, следовательно, начинают испытывать "свойственное мужчинам сексуальное влечение". В подобной ситуации лесбиянки чувствовали себя все более раскованно, многие из них переставали прятаться в глубоком подполье, весьма комфортно ощущая себя в собственной шкуре.

БРЮКИ НА ЖЕНЩИНЕ

Когда речь заходит о лесбиянках Викторианской эпохи, упоминание об их связи с политическим и социальным движением возникает сразу же, как некий естественный фон, который не подлежит сомнению и не обсуждается с точки зрения правомерности. Чаще всего в таких случаях речь заводят о Мэри Уоллстоункрафт, авторе эпохальной работы "Доказательство прав женщин", о художнице Розе Боннер, носившей брюки и шляпы, курившей сигары и не скрывающей своей связи с женщиной, и конечно, о знаменитой писательнице Авроре Дюпен, больше известной под мужским именем Жорж Санд.

В связи с личностью последней чаще всего говорят о ее связи с Федериком Шопеном, забывая при этом, что любовь к Шопену у Санд была, скорее, платонической. А вот ее письма подруге Мари Дорваль наталкивают на определенные размышления. Сегодня такая корреспонденция сделала бы честь любому сочинителю в жанре "слэш", воспевающем гомосексуальную любовь. Хотя о том, были ли у писательницы связи с женщинами, биографы спорят до сих пор, отмечая, что в те времена такого рода эпистолярные упражнения были явлением весьма распространенным, причем, не только у дам, но и у кавалеров. Подобным образом в высшем обществе свойственно было выражать свое дружеское расположение.

СПАСИБО САРЕ УОТЕРС

Сложилось так, что о сексе и любви, тем более - однополой, - в историческом контексте принято рассуждать лишь в тот момент, когда речь заходит о Древней Греции, которая славилась свободными нравами. Именно на нее так любят ссылаться ханжи и консерваторы, огульно обвиняя геев и лесбиянок в крушении древней цивилизации, поскольку, с их точки зрения, именно гомосексуальность способствовала ее падению. Начиная с эпохи средневековья секс словно бы на долгое время стёрся с лица земли - как в приснопамятном СССР, где его, как известно, "не было". Но у писательницы Сары Уотерс есть на сей счет свое мнение: "Я беру стандартную картину хорошо известного всем периода и... помещаю туда лесбиянок, - рассказывает она. - Картина сразу же начинает играть новыми красками. Думаю, что это одинаково интересно как гей-аудитории, так и читателям-натуралам. Вернуться в прошлое и подумать: "О, да оно, оказывается, не было стопроцентно гетеросексуальным!"