Два года назад англичанка Люси Райт была стопроцентно уверена в своей гетеросексуальности. Сейчас она официально состоит в однополом гражданском партнерстве. Как такое могло случиться?

Два с половиной года назад я впервые поцеловалась с женщиной. Мне было 26, и за сутки до этого я рассталась со своим бойфрендом-полицейским. К тому же, это произошло в пять часов утра, и я была совершенно нетрезвой. Клянусь, до этого момента я ни разу не подвергала сомнениям свою сексуальность. Но по каким-то особенным причинам на этой особенной вечеринке я решила рискнуть. Если бы я выпила рюмкой меньше, я бы, наверное, никогда на подобное не решилась.

Это может показаться смешным, но когда на следующий день я проснулась, моя жизнь изменилась. Все, что я знала о себе и своем окружении, было подвергнуто сомнению. Я посмотрела на мир другими глазами. У меня было впечатление, что раньше я шла по гомосексуальной территории как лунатик - и, очнувшись, оказалась в совершенно незнакомом месте, где никому нельзя доверять. В первую очередь - самой себе. Я не могла взять в толк, почему случившееся заставило меня - непредубежденную, взрослую, образованную женщину, - усомниться во всем, что было со мной раньше. В своей карьере, воспитании, в том, что я видела, слышала и о чем размышляла.

Я превратилась в параноика. Я не находила перед собой перспектив. Я была напугана: мне казалось, что я никогда не приму новую версию себя самой. Но действительно ли эта была новая версия? Или я всегда была такой? И вообще - кто эта женщина, по поводу которой я так волнуюсь?

Я позволила этим мыслям бродить в моем мозгу, потратив долгие часы на фантазии и позволив себе наслаждаться новообретенной ментальной свободой. Хотя в прежние времена постаралась бы обо всем забыть, отчаявшись и ненавидя себя.

То, что случилось, было неизбежно. Притяжение между мной и женщиной, которой я подарила пьяный поцелуй, оказалось слишком сильным. Мы продолжали общаться по электронной почте, иногда отправляли друг другу sms, а через несколько месяцев стали встречаться. Как ни парадоксально это прозвучит, несмотря на то, что я была влюблена, еще никогда в жизни я не чувствовала себя такой одинокой.

Конечно, я наслаждалась новизной. Но одновременно с этим ненавидела ее. Поскольку, несмотря на свое либеральное отношение к гомосексуальности в случае, если это касалось других, я оказалась перед необходимостью вести схватку с собственной гомофобией в отношении себя. Я никак не могла смириться с тем, что теперь я - лесбиянка. Будущее, которое я себе представляла, отдалилось на миллионы световых лет. Раньше я и понятия не имела о том, какую часть своей идентичности рассматриваю через призму сексуальности. И то, что случилось, казалось мне угрозой всем моим отношениям - особенно с родителями, братьями и сестрами, а главное - с человеком, которого я видела в зеркале, когда смотрелась в него.

Время шло, и постепенно я стала рассказывать об этом все большему количеству людей. Некоторые из них отнеслись к информации равнодушно. Для других она стала всего лишь источником сплетен. Но для некоторых членов моей семьи это превратилось в шок, с которым они, похоже, не знали, что делать.

Мне понадобился год на то, чтобы перестать предаваться ностальгии, тосковать по возможности завести бойфренда и прекратить думать о церковной свадьбе. Тем временем люди, которые много для меня значили и которые, как мне казалось, никогда не смирились бы с происходящим, стали принимать наши отношения. Более того - приветствовать их! Мой отец (служащий Сити-банка, среди знакомых которого не было ни одного гея) произнес прекрасную речь на церемонии заключения нашего гражданского партнерства. А ведь еще 18 месяцев назад он едва  смог себя заставить принять тот факт, что с моей партнершей мы не просто близкие подруги. Моя мать, домохозяйка, воспитанная в католических традициях, теперь интересуется у нас, когда мы начнем серьезно думать о ребенке.

Что ж, сегодня все мои друзья и семья привыкли к существующему статус-кво и ведут себя так, словно я совершила камин-аут лет десять назад. Те, кто этого не принял, частью моей жизни больше не являются. За исключением тех случаев, когда речь заходит обо мне самой - человеке, которого из собственной жизни я выбросить не могу. Потому что какая-то часть меня все еще ощущает дискомфорт из-за того, что я оказалась лесбиянкой.

До сих пор, глядя на гетеросексуальные пары, я порой предаюсь ностальгии и чувствую себя немного обиженной. Мы с моим прежним бойфрендом помним, как легко мне было быть той девчонкой, которой я когда-то была. И мне все еще необходимо время, чтобы окончательно понять то, что ребенка я буду заводить не с мужчиной, а с женщиной. Хотя это и должно стать самой радостной и естественной вещью на свете.

Но всему свое время, и сегодня я это прекрасно понимаю. Три года назад, встречаясь с мужчиной, я пыталась убедить себя в том, что люблю его. Интересно, что бы я сделала тогда, если бы кто-то показал мне жизнь, которой я живу сейчас? И все же сейчас, несмотря ни на что, я чувствую себя естественнее и счастливее по сравнению со всем, что было со мной раньше. Так, как не чувствовала себя никогда.