Самой старшей сейчас - 87 лет, ее зовут Женевьева, ее мать Маргарита родилась в 1886, и у нее были "лесбийские наклонности". Самой молодой - 18, ее зовут Клотильда, она учится на факультете права в Париже, ее родители познакомились по объявлению в журнале для геев.

Газета "Либерасьон" говорит о тех детях, которые выросли в семьях геев и лесбиянок. Статья появилась благодаря выходу книги "Fils de" фотографа Забу Карьера и журналиста Таины Тервонен, которые рассказали об этих детях, о том, как они стали взрослыми.

Всего в книге 30 героев, 30 историй. Книга вышла 4 ноября. А накануне трибунал Байона предоставил женщине, которая живет со своей подругой, право воспитания ее детей.

Почему авторы захотели написать об этом? "Может быть, для того, чтобы напомнить обо всех идеологических дебатах, о "за" и "против".

Некоторые дети сначала жили в "классических" семьях, а потом - после развода, их, например, воспитывал один из родителей, который сделал свой кам-аут. Другие изначально появились в однополых семьях после того, как их удочерили или усыновили где-нибудь заграницей. Они рассказывают о своих родителях.

Как сказать ребенку о том, что ты гомосексуал, особенно тогда, когда он появился на свет в семье - "гетеро"? Некоторые давали это понять без слов.

Жеральд, 42 года, парижанин, вспоминает о том, как разводились родители: "Мне было лет 14-15, когда я понял, что мой отец - гей: я застал его с мужчиной дома рано утром. Он никогда так и не смог заявить об этом прямо".

Не все истории такие немногословные. 10 лет назад отец сказал 19-летнему Антуану "кое-что важное": "Я люблю мужчин".

"Сразу я отреагировал нормально, но уже вечером, помню, я говорил себе: "Черт возьми, мой отец гомосексуалист!" И вот тогда я почувствовал себя по-другому. Возможно, в самом слове "гомосексуалист" было что-то негативное и даже ругательное", - рассказывает Антуан.

Многие из героев книги говорят о том, что "они всегда знали" о том, что их отец или мать не такие, как все.

Летисия, 33 года, фотограф: "Когда мой отец наконец-то решился поговорить со мной об этом, мне было 16 лет. Мы встретились, он не решался сказать прямо. Но я знала, о чем он хочет сообщить, но не хотела облегчать ему задачу. Я хотела, чтобы он сам это произнес".

Иногда инициатива все же исходит от детей.

Синтия, 34 года, медсестра: "Я наконец-то решилась задать ему вопрос, когда мне было лет 18. Я получила водительское удостоверение. Мы поехали вместе на остров Ре. Я подумала, что не будет лучшего момента. Но перед тем, как начать говорить, я все же проехала 300 километров...". После того, как Синтия задала вопрос, а ее отец на него ответил, они остановились и выдохнули. "А после этого мы продолжили наше путешествие уже без тяжести на душе".

Когда детям известно, что их родители - геи, как они говорят об этом?

"Дома мы не говорили об отношениях мамы и Мими, но, в то же время, всем и так все было понятно. Они были счастливой парой", - рассказывает Брюн, 29-летняя переводчица.
Когда она объясняла своей подруге, что эти две женщины - пара, подруга сразу же сказала: "А... они лесбиянки". Так это слово вошло в ее жизнь: "Мне было как-то смешно. Это было слово из телевизора, а теперь его употребляли, говоря о моей жизни".

Бастьен, 25 лет, говорил так: "папа" - о своем отце, и о его партнере - "папочка". "Папочка" появился у них в доме, когда Бастьену было 11 лет. Когда он представляет их друзьям, Бастьен говорит: "Это мой отец и мой отчим". У него есть и другая формулировка: "Я говорю, что мой отец женщинам предпочитает мужчин".

Летисия действует куда более открыто: "Я говорю, что мой отец - гомосексуал. Именно я говорю об этом, возможно, это облегчает ему задачу. И когда я слышу вдруг шутки про геев, я просто лезу на стену!"

Признать гомосексуальность родителей, говорить об этом или нет, бояться быть отвергнутым или быть готовым к реакциям.

О "реакции общественности" герои на страницах книги говорят постоянно. Жерару потребовалось много времени для того, чтобы сказать друзьям, что его отец - гей: "Иногда находились те, кто был не в курсе. Не всегда было легко говорить об этом".

Франсуа, 25 лет, продавец, вспоминает, как однажды соседка по лестничной клетке обзывала его мать, а на почтовом ящике кто-то, зачеркнув фамилию, написал "Шлюхи".

Эти дети из семей геев теперь стали взрослыми, кто-то даже обзавелся своей собственной семьей. И у всех у них гибкое и избирательное видение семьи.

Селин, 32 года: "Моя мачеха, новая жена моего отца, помогла мне многое понять в отношениях моей матери и ее подруги - это история любви, вот и все. Когда мне было лет 11-12 я прочитала Дольто (Франсуаз Дольто - психоаналитик и педиатр), и я поняла, что у меня три мамы".

Гаэль, 35 лет, мать 6-летнего мальчика: "У него три дедушки: Жеже, Додо, и дедушка - муж моей матери". И они ездят на каникулы все вместе.

Для кого-то "новый друг папы" становился кем-то большим - вторым отцом. Семья строится, семью выбирают, и "кровные связи" не всегда решают все. И эта открытая позиция, конечно, иногда встречает своих противников.