В октябре 2008 Хлоя и Фрэнки Фрэнкени, чувствуя приближение не слишком позитивного исхода голосования по конституционной поправке в Калифорнии, связали себя узами брака в Сан-Франциско. И успели заскочить в последний вагон, потому что уже через месяц однополые браки здесь были запрещены. Но речь сейчас не об этом, а о том, что к тому времени, когда женщины сделали это, часть традиционного брачного ритуала ими была давно выполнена: Хлоя взяла фамилию жены еще за два года до свадьбы.
"Тогда для нас это был единственный способ, благодаря которому мы могли вписаться в мейнстрим, понятный любому, - объясняет Хлоя, редактор сетевого ресурса, посвященного моде. - Когда я рассказала отцу, что взяла фамилию Фрэнки, он офонарел. И не потому, что был против этого, а потому что я - феминистка, и он прекрасно об этом знает. Поэтому отец считал, что я выступаю за то, чтобы в браке каждый из супругов сохранял собственную фамилию".
Что происходит с поправкой по восьмому предложению, мы уже в курсе. Два года назад за нее проголосовали, после чего в силе остались лишь те 18 тысяч однополых браков, которые были заключены к моменту внесения поправки в конституцию. А недавно судья Вон Волкер из Сан-Франциско ее отменил, посчитав противозаконной. Но гомосексуалы не смогли снова отправиться в загсы, потому что на решение Волкера подали апелляцию, и до момента ее рассмотрения апелляционный суд приостановил действие вердикта.
Сомнений в том, что дело доберется до Верховного суда США, фактически не остается, но пока это произойдет, геи и лесбиянки чувствую себя этаким футбольным мячом, который пинают как хотят. Мы можем наблюдать за происходящим издалека, досадовать, злиться или радоваться, а там, в Калифорнии, однополые пары то теряют, то вновь обретают надежду. Можно сколько угодно рассуждать о том, что большинство из них осознает в своем роде историческую закономерность происходящего и готово принести себя в жертву следующему поколению, понимая, что рано или поздно гей-браки в Калифорнии все равно станут реальностью, но нервное напряжение и досада не могут не сказываться. Это - не последняя причина того, что активность и сплоченность калифорнийского гей-сообщества сегодня сильна как никогда, поскольку в ней люди, во-первых, сублимируются, а во-вторых, понимают, что в сложившейся ситуации держаться и действовать им следует вместе. Кроме того, именно сейчас однополые пары стремятся отчасти демонстративно сделать хоть что-то, что позволено местными законами, и сложить таким образом кукиш. Поэтому они идут в суды и заявляют, что хотят взять фамилию партнера, поскольку считают его или ее своим супругом, - и плевать они хотели на катавасию с поправкой.
Если отбросить эмоции и рассуждать логически, то для однополых пар смена фамилии не является такой уж серьезной необходимостью. По большому счету, здесь и для разнополых пар остается возможность выбора, но в их случае "так принято", поэтому многие следуют традиции не задумываясь. Но с эмоциональной точки зрения для многих геев и лесбиянок это важно: с одной стороны, подобный шаг совершается ими в качестве акта доказательства любви, с другой - они хотят обезопасить себя на случай чрезвычайных ситуаций. Потому что если вы с партнером носите одну и ту же фамилию, но при этом не состоите в браке, поскольку не имеете возможности его заключить, вам всегда легче будет доказать свою связь в полиции, или в больнице, если с вами, не дай бог, что-то случится.
Кирстен Палладино, хозяйка сетевого ресурса, предлагающего геям и лесбиянкам услуги по организации свадеб и гражданских церемоний, раньше звалась Кирстен Отт. А потом взяла фамилию своей партнерши Марии, когда в прошлом году они сыграли свадьбу в Джорджии. Вообще-то, в Джорджии гей-браки не разрешены, поэтому государством их свадьба не признается, но вот сменить фамилию там никто не запрещает. По словам Кирстен, занимаясь свадебным гей-бизнесом она видит, что все большее количество однополых пар обращается в суды для того, чтобы обрести общую фамилию, и делают это именно потому, что хотят располагать дополнительными доказательствами, подтверждающими их связь. Ведь в большинстве американских штатов, даже в тех, где не признаются однополые браки, суды принимают во внимание партнерские отношения геев и лесбиянок, если по тем или иным причинам им приходится решать юридические проблемы.
"Сделав это, мы почувствовали себя сильнее и высказываемся теперь от общего имени, - говорят Палладино. - Нам ничего не мешало взять общую фамилию, даже если свидетельство о браке мы не можем получить".
Прежде чем сыграть свадьбу Кирстен и Мария ухаживали друг за другом пять лет. Кирстен сменила фамилию на Палладино, обратившись с соответствующим заявлением в суд: так же, как поступают все люди, желающие сменить имя по иным причинам, нежели вступление в брак. "Я волновалась, - рассказывает Кирстен. - Не знала, как отреагирует судья, но он повел себя более чем адекватно. После этого мне пришлось столкнуться с некоторыми трудностями, связанными с идентификацией документов, но осознание факта, что я получила возможность рассматривать нас с женой как единое семейное целое, того стоило".
Кэтрин и Хизер Крафт из Массачусетса были влюблены друг в друга еще со школы. Сегодня они отмечают двойной праздник: 12 годовщину совместной жизни и появление в семье новорожденной девочки. Пять лет назад они сыграли пышную и очень традиционную свадьбу, на которой все было "как положено": белые платья и десять подружек невест - по пять с каждой стороны. Правда, согласно законам этого штата, их брак был легальным, поэтому женщины получили официальное брачное свидетельство.
Чью фамилию они выбрали в качестве общей? Кэтрин настаивала, что это должна быть ее фамилия - Крафт, - поскольку ее семья была гораздо более обширной и сплоченной, нежели семья ее супруги Хизер Коул. И Хизер с ней согласилась, понимая, что, взяв фамилию Крафт, она "вольется" в эту большую семью, и выглядеть это будет весьма символично. Таким образом она заняла достойное место в генеалогическом древе Крафтов, однако фамилию Коул пара тоже не забыла: теперь она значится второй фамилией в документах обеих женщин, а также в свидетельстве о рождении их дочери Эстер.
Джейсон и Энтони Клайн сыграли свадьбу еще в 2001 году и провели церемонию в банкетном зале одного из отелей их родной Индианы - штата, где на официальном уровне гей-браки не признаются. Позже у них появилась мысль о том, чтобы переехать в штат, где с их отношениями будут считаться, а пока суть да дело, 33-летний Джейсон сменил свою фамилию, поступив так же, как и Кирстен Палладино: он написал заявление в суд и сделал объявление о смене имени в газете. Сообщать в газетах о свадьбах, изменении фамилии или рождении ребенка для американцев - обычная практика.
"Сама эта волокита не доставила нам удовольствия, но она помогла доказать истинность наших отношений друзьям и членам семьи, которые, возможно, не задумывались над этим раньше, - говорит Джейсон. - Процесс смены фамилии помог нам начать по-настоящему серьезную беседу с ними".
Марни Кахн, докторант из Атланты, изучающий социологию, взял фамилию своего партнера Кейси Брауна, заявив, что таким образом он стремился "к объединению своих еврейских корней с баптистскими корнями партнера". Кейси, аналитик в области маркетинга, утверждает, что на эмоциональном уровне это действительно здорово подействовало на обоих, укрепив их отношения в собственных глазах.
А вот 29-летний актер из Лос-Аджелеса Маркос Матео Очоа решил, что после свадьбы их с мужем фамилии должны писаться через дефис. Поэтому теперь Маркос и его супруг Фрэнк представляются двойной фамилией Очоа-Сермак. Их брак - один из тех 18 тысяч, которые по-прежнему признаются в Калифорнии, ведь заключить они его успели в непродолжительный период действия соответствующего закона. Правда, мысль о двойной фамилии пришла супругам в голову уже после того, как в Калифорнии была принята гомофобная поправка, но они твердо намерены довести дело до конца и обратиться в суд с просьбой об официальной смене фамилии. "Да, это будет еще одна юридическая проблема, которую нам придется решить, - говорит Маркос. - Ну и что? За последнее время мы сталкивались с таким количеством связанных с однополым браком юридических проблем, что нас она совершенно не пугает".
