Совсем недавно мы рассказывали о том, что прибавления ждет необычная семья. Во-первых, это - гей-семья. Во-вторых, оба супруга в ней - трансгендеры. А в-третьих, один из них вынашивает ребенка, который должен появиться на свет в начале марта.

Нечто подобное уже происходило, когда Томас Бити, еще один трансгендерный американец, родил сперва одного, а затем и другого младенца: он выносил детей вместо своей жены, которая оказалась бесплодна. Поскольку внутренние женские органы у Бити не были удалены хирургическим путем, он прекратил на время гормональную терапию и забеременел методом искусственного оплодотворения.

В семье Томаса и Скотта Мур все было очень похоже. Ребенка вынашивает Скотт, который, как и Бити, сохранил женскую детородную функцию. Его супруг Томас  на подобное уже не способен, поскольку прошел полный курс хирургических операций по смене пола. Как и Бити, Скотту Муру пришлось на долгое время отказаться от необходимой трансгендерным людям гормональной терапии, в данном случае - тестостерона, - поскольку иначе забеременеть он бы не смог. Хотя сами супруги утверждают, что Томас Бити - не первый трансгендерный мужчина, отважившийся на подобное, а Скотт, соответственно, не второй. Они говорят, что ранее детьми подобным образом обзаводились многие транссексуальные мужчины, просто истории эти не попадали в прессу.

После того, как представленное ниже интервью с Томасом Муром было опубликовано на сайте гей-журнала "Advocate", в ответ на него посыпались тонны комментариев. Заметьте: комментарии эти писали не озлобленные гомофобы и не религиозные экстремисты, а читатели журнала, адресованного ЛГБТ-сообществу. И авторы доброй половины из них в очередной раз доказали печальный постулат о том, что геи, требуя равноправия и справедливого к себе отношения со стороны гетеросексуального большинства, зачастую являются столь же нетерпимыми и едва ли не фашиствующими особами, когда речь идет о тех, кто отличается от них. Тут были и бранные слова, и требования "срочно отделить трансгендеров от геев, лесбиянок и бисексуалов", потому что они, видите ли, мешают их борьбе за равенство, а также другие подобные сентенции.

Итогом этого стала фраза, написанная одним из читателей: "Ничего себе! Количество яда, вылитое во многих комментариях, просто отвратительно. Я бы предложил всем участникам дискуссии притормозить и попытаться найти в себе хоть немного СОЧУВСТВИЯ, я также отыскать на дне души хоть крупицу понимания. Скотт и Томас не являются олицетворением моей идеи прекрасного, а сам я вряд ли стал бы рассказывать кому-то о своей жизни через прессу, но они пытаются пролить свет на то, как сложно жить, ломая нормы, навязываемые большинством. Вспомните о том, что у вас есть частичка сердца". А тем умникам, которые называли Скотта "бородатой беременной бабой", другой читатель посоветовал: "Люди, пожалуйста, сперва разузнайте о том, о чем собираетесь говорить, и не стройте из себя знатоков биологии, о которой на самом деле понятия не имеете. Потому что вы похожи на обозленных разглагольствующих дураков. И уясните, наконец, что половая принадлежность и гендерная идентичность - это разные вещи".

Томас Мур, муж беременного трансгендерного мужчины Скотта, рассказал журналу "Advocate" о том, как помогает супругу пройти через девять месяцев беременности, решить проблемы с врачами, детским душем и плохим настроением.

Скотт и Томас Мур познакомились шесть лет назад в группе психологической поддержки для трансгендеров, затем потеряли связь - и вновь нашли друг друга. Сперва они стали друзьями, затем - партнерами, а после этого - мужьями. Пара поселилась в крошечном городке Вид в Калифорнии, откуда родом Томас, вместе с двумя его приемными сыновьями - Логаном и Грегори.

Но теперь у 20-летнего Скотта и 30-летнего Томаса есть еще один ребенок. Правда, на свет он должен появиться лишь в марте: мальчик, которого они планируют назвать Майлзом. Конечно, эта история очень похожа на историю Томаса Бити, еще одного трансгендерного мужчины, чье решение родить ребенка весь мир обсуждал в 2007 году. Однако в истории Скотта и Томаса есть свои нюансы: в течение долгих месяцев им отказывали в лечении доктора, заявляя, что беременность Скотта является слишком рискованным шагом.

Advocate: Как вы со Скоттом решили завести ребенка?

Томас Мур: Мы вместе смотрели фильм под названием "Baby Mama". И именно я тогда сказал, что хотел бы еще одного ребенка, но мне совсем не хочется вновь проходить через процесс усыновления. Впрочем, в случае необходимости я бы, конечно, опять на это пошел. Я поинтересовался у Скотта, что он об этом думает.  Мы поговорили... и пришли к выводу, что сами можем ребенка родить. Правда, я этого сделать уже не в состоянии: я прошел все хирургические операции, но если бы мог - наверняка сделал бы.

Сперва Скотт сказал: "Черт подери, я не согласен - это же сумасшествие!" Но потом он стал периодически поднимать эту тему: "Ладно, допустим. И как ты себе это представляешь? А что с моей гормональной терапией? У меня снова исчезнут волосы на лице?" Словом, мы должны были узнать ответы на огромное количество вопросов. Несколько дней он продолжал раздумывать, но решение в конечном итоге мы приняли в течение недели. Конечно, мы испытывали множество страхов, особенно в связи с тем, что живем в крошечном городе. Мы видели все, что происходило с Томасом Бити, он ведь живет всего в 300 милях от нас. В общем, у Скотта на этой теме началась настоящая паранойя, и он чувствовал себя крайне неуютно.

Первое, что его пугало - это то, что ему придется отказаться от гормонов на долгое время. Это было ужасно. Знаете, некоторые парни жалуются на своих подруг, когда у тех - предменструальный синдром, или что-то в этом роде. Гормональная встряска в женском организме в этот период дает о себе знать. А теперь представьте, что от тестостерона отказывается транссексуальный парень - какая встряска происходит с ним! Нам потребовалось месяцев 10-11.

Advocate: Как восприняли это ваши дети?

Томас Мур: Мои дети - очень открытые и воспитанные люди. Мой отец - гей. Он прожил со своим партнером 30 лет. Так я и рос. Да, моя мама столь открытой не была, поскольку с ним развелась, но я рос с гомосексуальным отцом, то есть с родителем, которого общество воспринимает как "ненормативного". Но когда я жил с отцом и его партнером, я очень хорошо успевал в школе, неприятностей у меня не было, я получил аттестат с отличием, поэтому знал, что здоровую семью вполне могу иметь.

Advocate: А как вы относитесь к тому, что газеты называют Скотта "вторым беременным мужчиной"?

Томас Мур: Бити не был первым транссексуальным мужчиной, который родил. Конечно, если отсчет вести начиная с него, то мы вторые, но на самом деле это не так. Мы с самого начала говорили, что есть много транссексуальных мужчин, которые это сделали. Мы не утверждаем, что мы - вторые. Мы утверждаем, что мы - семья, которая является нетрадиционной и ждет ребенка.

Advocate: Скотту несколько месяцев отказывали в медицинском обслуживании. Как это произошло?

Томас Мур: Мы отправились в город Лас Крузес, штат Нью-Мексико, чтобы немного отдохнуть, тем более, что мама Скотта очень хотела побыть с нами некоторое время. В общей сложности мы провели там четыре месяца, и за весь этот период не смогли получить консультацию гинеколога.

Advocate: И как же вы со Скоттом - учитывая его беременность - так долго обходились без гинеколога?

Томас Мур: Я обзвонил всех докторов в Нью-Мексико - я не шучу и не преувеличиваю. Никто не хотел иметь с нами дела. Наконец-то нам удалось найти одну акушерскую клинику: ею заведовала женщина, партнером которой, к счастью, оказался трансгендер. Выслушав мой рассказ, она сказала: "Никаких проблем. Сможете приехать через час?" Но из-за законов, которые действуют в Нью-Мексико, для того, чтобы совершить такой визит, нам нужен был терапевт. Поскольку Скотт для начала должен был пройти осмотр у него, чтобы терапевт подтвердил: никакой опасности он не подвергается. И лишь после этого мы могли отправиться к гинекологу. Поэтому нам пришлось вернуться к себе, где наша крестная мать, живущая неподалеку на соседней улице, проявила к нам больше внимание. Она помогла нам разыскать всех необходимых врачей, и уже через две недели мы получили все нужные бумаги и смогли попасть на прием. То есть, в своем крошечном провинциальном городке мы нашли доктора, а в большом Лас Крузесе - не смогли. Кроме того, Лас Крузес - это очень консервативный католический город.

Advocate: Как вам удается спавляться со столь пристальным вниманием прессы? У ваших детей нет проблем в школе?

Томас Мур: Знаете, здесь этому не особо придают значение. Мы были открыты и честны с самого начала: обо всем рассказали школьному руководству, учителям, поэтому они были в курсе, чего следует ожидать. Когда об интервью нас попросил британский журнал "Closer", мы, прежде чем согласиться, все о нем разузнали - и выяснили, что онлайн он не печатается. Поэтому мы посчитали, что с наплывом СМИ сможем справиться.

Advocate: Как вы готовитесь к появлению ребенка на свет?

Томас Мур: Мы очень хорошо подготовлены. У нас есть для этого почти все. То есть, вы хотите узнать, чем занимается в повседневной жизни среднестатистическая гей-пара? Например, мы ходим по магазинам. Особенно если совсем нечем заняться, а Скотт чувствует себя несколько подавленным, я говорю ему: "Эй, пойдем по магазинам!" - и это здорово поднимает ему настроение. Так что мы закупили все необходимое. Вот только еще подгузников нужно докупить - Скотт на этом настаивает. И, судя по всему, после этого нам останется приобрести лишь специальный детский душ, потому что это - единственная вещь, которой у нас еще нет.